СИЛЬНЕЕ СМЕРТИ
Средь вёсен моих цветущих,
А часом средь хлябей сущих,
Бреду по Руси великой
С наивно-счастливым ликом.
Легко говорить мне с ветром,
Пройдя годов километры,
И с горлинкой, хлеба крошки
Ей щедро сыпнув с ладошки.
Мне в радость обняться с ивой.
Ещё – себя осчастливив,
На лист средь травы и тёрна
Слова высевать, как зёрна.
Не царь, не пророк Давид я,
Лишь женщина, жизнью бита,
Но песни мои с любовью
Пишу, не предав гнездовья:
Ту Русь, что моим ребёнком
Под сердцем гуллит в пелёнках,
Ту веру отцов святую,
Что Ангелы с крыш воркуют.
Средь вёсен моих цветущих
И даже средь хлябей сущих
Русь – в связке со мной, я – с нею,
И смерти та связь сильнее.
ПОСЛЕ ЗИМЫ
После зимы –
душа ещё распятая.
Но жизнь скользит по кругу
В года мои
болезненно-закатные
Со скрипом и натугой.
Ну а весна –
в сиренях, одуванчиках
Цветёт, звенит, смеётся,
Сквозь занавеску
дышит так заманчиво,
Заглядывает солнцем.
И озорно зовёт
в дурмане сладостном,
Преодолев распятье,
Вверх лепестком
вишнёвой вьюги радостно
С креста взлететь –
в её объятья!
ОПЯТЬ ВЕСНА
Проникло солнце в травы вешние
Теплом до донышка земли.
А белый свет цветёт черешнею,
В пыльце купаются шмели.
Я в эту цветь, шагнув из горницы,
Легко войду после тщеты.
И тишины душа исполнится,
И чистоты, и простоты.
Наполнит радость! И с печалями
В саду расстанусь. А душа
Припомнит, как с тобой блуждали мы,
Святой влюблённостью дыша.
И как, мимозой шелестящая,
Тюльпанясь, вольности полна,
По миру, нежностью дымящая,
Шла наша юная весна.
Внимая ей, брели счастливые
В саду черешневом… Бог мой!
Опять весна стоит красивая!
Но врозь мы в ней теперь с тобой.
ЛЕЙСЯ, ВЕСЕННЯЯ БРАГА
Голубя я веселю,
Крошки сыпнув от горбушки.
Кошка сидит на краю
Кадки с цветком благодушно.
Чей-то заливистый смех
Пробует жить в одиночку.
В сердце вмещаю их всех
И в набежавшую строчку.
Рифмою втянуты в спор
Вольность пера и бумаги.
Здравствуй, вселенский простор,
Лейся, весенняя брага!
С вами легко узнаю
Свет снизошедшего неба.
День этот благодарю,
Давший и мира, и хлеба.
Гостьей Вселенной стоять
С голубем, кошкой мне мило,
Будто Покровом укрыла
Ласково Божия Мать.
УТРО ТАГАНРОГА
Город мой – царство дивное,
Утро твоё люблю,
Радость черёмух винную
С солнышком во хмелю.
Где-то пичужка тикает,
Песня её проста.
Парка дыханье тихое
В Божьих курит устах.
Глазоньки вперю в вечное,
Вдох от любви свершу,
Ветрами краски встречные
В строчки звенеть впишу.
Далей морских всевластие,
Волн твоих лазурит,
То неподдельное счастие,
Что от родства искрит.
Синь огласив безбрежную
Звоном пасхальных нот,
Утро сиренью нежною
В сердце моём цветёт.
ВНОВЬ ВЛЮБЛЮСЬ В ЭТУ РУСЬ
Вновь влюблюсь в эту Русь,
Где господствует синь,
Листьев медленный блюз,
Трепетанье осин.
Отбегут сквозняки
И сентябрьская грусть.
В тишине у реки
Небесам поклонюсь.
В водах выищу брод
Босиком побродить,
А берёз хоровод
Будет дух веселить.
К ним в приход по родству
Попрошусь на постой,
В шёпот листьев врасту
Каждой клеткой живой.
С клиром птиц подружусь,
Где величит певец
Эту милую Русь
Для блаженных сердец.
ХАТЁНКА
В снегах, на двух подпорках,
Душе навек родная,
Стоит она на горке,
Окошками сверкая.
У той хатёнки очень
Отзывчивое сердце.
И ей все тайны, впрочем,
Я доверяла в детстве.
Там счастье спозаранку –
Встречать рассвет с крылечка,
Там манит на лежанку
Натопленная печка.
В углу хатёнки – Лики.
И там – под образами
Все помнятся молитвы
Из уст отца и мамы.
Все бабушкины песни
У наших колыбелей
Под говор легковесный
Веретена с куделей.
Ветра под крышей веют,
Лютует вьюга злая.
Стоит, мне душу грея,
Кусочек милый рая.
С БОРТА СОЛНЕЧНОГО МАЯ
Я живу, смеюсь, дышу…
Иногда – слеза в ресницах.
То одним крылом машу,
То двумя, подобно птице.
То плескаюсь в небесах,
То на землю опускаюсь,
Вёсны славлю на часах,
От любви не отрекаюсь.
Завернув в цветочный скит,
С просветленьем в сердцевинке
Под созвездием ракит
Каждой радуюсь былинке.
И чарует вешний свет,
Стрекозой летящий в небо,
И травы зелёный плед,
Где жую горбушку хлеба.
Вновь взлетев, крылом машу,
Распахнув границы рая,
Людям, птицам, мурашу
С борта солнечного мая.
РАНЬ ВОСКРЕСНАЯ
Необъятна на заре
Высь нагорная.
Травы в дивном серебре.
Гладь озёрная.
Из цветущего куста,
Слух мой балуя,
Славит песнею лета
Пташка малая.
И такое мне вокруг
Всё небесное –
Белый ландышевый круг,
Рань воскресная.
Розоватой тучки тень,
Солнца золото,
Что над миром в этот день
Богом смолото.
И рассыпано для нас,
Тех, кто с верою,
Будто жизненный запас
Щедрой мерою.
В ПРЕДЕЛАХ ОДНОЙ ОКТАВЫ
Дни подчас целовали в уста,
А бывало, и тухли, как свечка.
Жизнь брела за верстою верста
По летам в суете быстротечной.
Что в итоге? А всё – по грехам, –
Доля света и тьмы по сусекам.
Глажу доченьку по волосам –
Цветик мамин на веточке века.
А ещё – свет-отрада мне сын,
Внучка, внук – бережливая свита…
Вот расцвёл под окошком жасмин,
И душа расцветает молитвой.
Благодарная нота в крови:
Бог в сей век сумасбродно-лукавый
Одарил меня песней любви,
Пусть в пределах одной лишь октавы.
ЕВРОПЕЙСКОЙ ОТВЕДАВ ПОХЛЁБКИ
Что ж мы так?! Обрекли на сиротство
Век отцовский, не помня корней,
И, за кашу отдав первородство,
Заблудились средь трёх тополей.
Европейской отведав похлёбки,
Наслаждались безумьем утех,
Набивая на совесть нашлёпки
И молясь у «икон», да не тех.
Соловья приручили петь песни,
А потом обнаружилось вдруг:
Соловей тот поёт не чудесно,
А враждебно лишь каркает вслух.
Отогреть бы любовью безбрежность
На отцовской родимой земле
И баюкать и веру, и нежность,
Как детей на пасхальной ветле.
НЕЖНЫЙ ВЫДОХ КОЛОКОЛЬНИ
Вишен белых диадемы
Запорошены туманом.
Вечер, вытеснив проблемы,
Гостем стал моим желанным.
В благодарность мирозданью
К небу взгляд тяну невольно.
Сад в безбрежном ликованье,
Нежный выдох колокольни,
Лёгкий шелест крыл незримых,
Плеск огней круговорота,
И душа непостижимо
Одержима вся полётом.
Голубые волны света,
Птиц сакральная сюита…
Запотев от войн, планета,
К счастью, Богом не забыта.
И для сердца вечер этот –
В сокровенное хрусталик.
Только грустно мне, что где-то
Мир кровавой пеной залит.
ЧТО ТАМ ВЫШЕ?
Горечью рябиновой
Тяжело дышать.
Мне б в ладони – дивную
Божью благодать.
Мне бы утром розовым
С солнцем выйти в путь,
К листикам берёзовым
Руки распахнуть.
Мне б парить над крышами,
Как парят стрижи!..
Что там, Боже, выше нас?
Что там? Покажи!..
Я – ЗА ЛЮБОВЬ
Мы – под Берлином. Грохот! Взрывы!
Бомбит фашист! Земля черна!
Но в громе смертного разлива
Во мне бессмертна тишина.
Обезображена, ранима,
Под танком в маках, высота.
Но всё ж, врагу не достижима,
Во мне осталась красота.
Как шквал огня и боли – вечер!
От крови – в горле немота.
Но этот мир любовью вечен –
Во мне бессмертна доброта.
Там, в доброте, смеются дети.
В той тишине – мой дом, леса.
Там так красив причал средь ветел,
Где я любви взглянул в глаза.
И этим жив! И в этой драке,
Где бой идёт, священный бой,
Я – за любовь!.. Опять атаки!..
Берлин! Рейхстаг! Теперь – домой!
ДАР ОТ БОГА
А жизнь зарождается каждое утро!
Вот небо, рассветной присыпано пудрой,
Проснулось в берёзах, где розовый ладан
Разбрызган малиновки святочным ладом.
На воздух нанизаны звоны церквушки.
Как вторит им радостно голос пичужки!
И свет, будто провод, в душе заземлился.
Здесь мостик – из солнца, из ветра – перильца.
Стою, и вдыхаю, и пью понемногу
Я жизнь эту – дар мне великий от Бога.