ООО «Союз писателей России»

Ростовское региональное отделение
Донская областная писательская организация (основана в 1923 г.)

Фёдор Макаров. Рассказы

20:33:11 05/01/2021

Фёдор Макаров, г. Ростов-на-Дону, член ВЛС, пенсионер

 

 

ЛИЧНОЕ САДОВОЕ ЧУДИЩЕ

Рассказы

Посвящаю моим внукам –

Жене, Ане, Свете и Данилу

 

КТО НАМИ УПРАВЛЯЕТ

(Данилка взрослеет)

 

Сидим, ужинаем.

Данил, мой пятилетний внук, разговаривает и вертится.

Жена говорит ему:

– Данил, да успокойся ты, наконец. Сиди, ешь молча. А то «Скорую» звать придётся, операцию делать будем.

Данил притихает:

– Какую операцию?

Жена:

– Шило из одного места доставать будем!

Данил улыбается:

– Да нет, – говорит он, подумав. – Это мной человечек управляет.

– Какой человечек? – спрашиваю я Данила.

– Он маленький такой! – показываетДанил руками и сводит пальчики почти вместе, и щурится, разглядывая человечка. – Вот он мной и рулит. Взгляд у Данила ясный и бесхитростный.

– Он мной вот так рулит. Сидит там во мне и рулит. Ву-ву-ву! – Данил играется и крутит воображаемый руль. Влево, вправо!

И вдруг, восклицает:

– Бамц! Ого!

– Что, полная катастрофа?– спрашиваю я Данила, он всегда сидит за столом слева от меня.

– Деда, а ты тоже видел? – удивлённо вскрикивает Данил.

Я киваю и говорю:

– Ну, давай, собирай осколки, а то кашу доедать надо.

Данил деловито собирает осколки и лепит их на бока, на колени, на руки. Судя по количеству осколков, разбился человечек крепко. Смотрю, поднимает что-то круглое и ставит на плечи. Догадываюсь, что голова валялась отдельно.

Данил собрал себя из осколков и сосредоточенно доел ужин.

О маленьком человечке речи больше не было.

 

ЛЕСНАЯ СКАЗКА

(Светино задание)

 

Когда я была Бабой Ягой, то мой брат Данил был просто мальчиком.

У него был кирпичный дом из подушек. Дом был такой красивый, что мне очень захотелось его разрушить. Но Данил отчаянно защищал свой дом.

Мы подняли в лесу такой шум, визг, писк и крик, что в лес прилетел рассерженный дед с глазами круглыми, как у филина.

Дед сразу превратил лес в комнату, дом – в смятую постель, а нас – в своих собственных внуков.

Мы прибрались в комнате и пошли пить чай с молоком, хохоча над собой, а бабушкин чай был просто – вкуснятина!

 

СКАЗКА О БРОДЯЧЕМ КОТЁНКЕ

(Школьное задание)

 

В огромной-преогромной стране, в большом-пребольшом городе, на длинной-предлинной улице, вомного-многоквартирном домике жила-была Девочка.

Девочка была уже взрослая, ну, почти что взрослая. Ей недавно исполнилось девять лет, и училась она во втором классе самой прекрасной-распрекрасной в этом большом городе школы.

Однажды ей задали самое сложное домашнее задание: придумать сказку о животных. Крепко задумалась Девочка. Так крепко, что не заметила, как вышла из школы, как шла по длиной-предлинной улице, как прошла мимо своего дома и очутилась за городом в роще у кольцевой дороги.

Ой! – ойкнула Девочка тоненьким-претоненьким голоском. – Неужели я заблудилась?

И уже было собралась заплакать, как услышала, что кто-то её окликает самым тоненьким и нежным голоском, какой кто-либо когда-либо слышал в мире:

– Мяу!

Посмотрела Девочка влево, вправо, вперёд, назад, вверх, вниз и увидела малюсенького пушистенького серенького котёночка с круглыми жёлтенькими глазищами, с мягким распушённым хвостищем.

– Мяу, – сказал Бродячий Котёнок, а это был именно он. – Неужели ты собралась плакать?

– Нет, – храбро сказала испуганная девочка. – Я думала, что заблудилась, а спросить дорогу не у кого, и теперь я спрошу дорогу у тебя.

– М-да, – почесал Котёнок лапкой за треугольным ушком. – Вот когда кругом никого нет, так ты меня и увидела. А когда ты во дворе играешь с подружками, что ж ты тогда меня не замечаешь?

И тут девочка вспомнила котёнка, и вспомнила даже то, как она его оттолкнула ногой, когда ей показалось, что он ей может помешать прыгать и скакать, петь и веселиться.

– Я больше не буду, – загрустила девочка. – Ой, то есть буду! – спохватилась она и поняла, что запуталась.– Прости меня, маленький! – попросила девочка.

Котёнок опустил вниз свои круглые зелёные глазищи и сделал жест, как если бы он пожал плечами, имурлыкнул:

– Хорошо, пойдём со мной – я покажу дорогу.

И, задрав свой мягкийпушистый хвостище, побежал по тропинке вперёд, показывая девочке дорогу. Девочка весело запрыгала за ним.

Во дворе уже гуляли её подружки, и Девочка немножко с ними поиграла, пока пришедшая с работы Мама не позвала её домой. Дома Девочка вспомнила, что ей нужно придумать сказку, а она так и не придумала, и Девочка заплакала.

– Ты о чём плачешь, моя взрослая доченька? – спросила Девочку Мама.

И Девочка рассказала ей и про сказку, и про бродячего котёнка, и про то, что она, увидев подружек, забыла его поблагодарить.

– Так вот ты и расскажи в школе о маленьком бродячем добром котёнке, – посоветовала Мама.

– А разве это сказка? – удивилась Девочка.

 

ЧТО ЗА ЧЕМ?

(К вопросу о сезонах!)

 

У Данилы болел зуб, он притулился ко мне и скулил, как маленький потерявшийся котёнок.

– Больно? – спрашиваю.

– Больно, деда!

Поскулил ещё и – сквозь слёзы:

– Деда, а зуб летом тоже болеть будет?

– Нет, внучок, – говорю, –летом не будет.

– У-у-у! А у нас, что сейчас – осень?

– Осень, внучок, – глажу я его по стриженному ёжиком затылку.

– А потом, что? Зима? – спрашивает он, а у самого слёзы на килочке*.

– Зима, внучок.

– А за зимой – весна?

– Весна, золотой мой мальчишечка! – недоумеваю я.

– А за – весной? – Лето?

Лето, Данилка!.. – засмеялся я, начиная догадываться.

– Деда, скорей бы лето! – зарыдал в голос Данилка. – Хочу лето!

Потом полоскали зуб, потом мазали специальной мазью, потом Данилка уснул, не дождавшись лета.

 

*ПРИМЕЧАНИЕ АВТОРА: «Слёзы на килочке, значит, что слёзы повисли на ресницах, вот-вот хлынут из глаз. Происхождение слова южно-русское: «Кил, т.е. кол. Колок, колочек. В разговоре «ресницы».

 

ЛИЧНОЕ САДОВОЕ ЧУДИЩЕ

 

– Иди, посмотри, что они натворили! – крикнула мне жена.

Я спустился в сад. На небольшой крепенькой груше нашего сада росли, тоже крепенькие, плоды красно-коричневого цвета. Они росли на ветках вверх чёрной звёздочкой широкой части плода и вниз светло-зелёным стебельком хвостика на его узкой части.

Когда груши начинали созревать, то прямо-таки начинали светится изнутри красным терпким светом, даже на вид медово-сладким, сочными. В начале хвостика груша становилась жёлто-воскового цвета, самой вкусной, на мой взгляд, и самой сочной части плода.

Груши загорались на ветках, как включённые электрические лампочки. И всё деревце приобретало праздничный, новогодний вид.

Э, мы с женой предупреждали живущих с нами человечков, чтобы они потерпели и дали плодам созреть. Не срывали их преждевременно. А сейчас плоды ещё были просто красно-коричневыми. Тёмными. Выключенными.

Один из тридцати шести плодов, почти самый крупный, росший ниже своих собратьев на тоненькой наклонившейся веточке был укушен. Он и висел-то, как, наверное, висятраненые или больные груши. Он как-то нелепо выглядел на своём хвостике, а его плотное светлое, желтоватое тело хранило отпечатки маленьких зубиков со щербинкой, зиявшей чуть правее серединки укуса. Мы с женой даже догадывались чьих это зубов дело. Тем более, что под деревом, на тщательно прополотой грядке виднелись следы маленьких сандаликов.

Я покачал головой и созвал на совет прямо под открытым небом всех троих наших человечков. Семилетнюю Светочку, шестилетнюю Анечку и пятилетнего Данилку.

– Ну, вот что! – строго сказал я, открыв, как положено, совет. – У нас в саду поселилось личное садовое чудище! – я понизил голос и оглянулся.Светочка, Анечка и Данилка оглянулись тоже!

– Оно уже начало кусать груши и скоро примется кусать нас! Надо гулять в саду очень осторожно! Может лучше зайти в дом?

Глаза у наших человечков посветлели ещё пронзительнее, стали широкие-широкие, бездонные-бездонные, вот-вот наполнятся слезами.

Анечка подняла вверх сжатые кулачки и крикнула: «Нет! Но я не чудище! Я вам не чудище!»

И всё-таки заплакала.

Я не успел крикнуть вслед убегающей плачущей Анечке, что я и не имел её в виду, но Данилка, маленький мужичок, оказался сообразительнее.

– Подумаешь, – сказал он. – Командир Иванович Петров!

Я до сих пор не знаю, откуда он взял этого командира Петрова, но черезнесколько лет жена снова показала мне надкушенный плод. Он, как сумел, уже справился с укусом, затянул это повреждённое место тёмной корочкой и, теперь уже, наверное, созреет. Я оглянулся по сторонам, может... наше личное садовое чудище опять вернулось?

Жена, улыбаясь, смотрела на меня и наукушенный, уже исцелившийсяплод.

 

ПОЛЁТ В КОСМОС

 

– Тише, – говорю я расшалившимся внучкам. – А то вот полетим с Данилом в космос и ничего вам оттуда не привезём.

– Деда, – сразу говорит досужая Аня (я её называю Анной Максимовной). – Мы уже не балуемся!А что вы нам привезёте?

– Они туда на ракете полетят, – замечает Света.

Данил сидит у меня за спиной и играет с черепашкой-ниндзя. Черепашка-воин летает, дерётся с кем-то, падает, взрывается и снова летает.

Данил спрятался мне за спину, потому что девчонки его чем-то обидели, или просто ему надоели.

Внучки шести и восьми лет играют в кухню и еду.

Время от времени подносят нам на пробу приготовленные блюда.

Приходится прихлёбывать из маленьких ложечек и хвалить. Еда, в самом деле, вкусная! Бабушка Лида сидит в кресле и вяжет. Когда внучки заставляют снимать пробы и бабушку, та сердито ворчит. Они её сбивают с ритма: две лицевых, одна изнаночная, снять и провязать три вместе и т.д.

Сейчасвнучки смотрят на нас с Данилом в четыре глаза. Ждут. Глаза у обеих голубые, светятся любопытством, и в них мерцают искорки смешинок.

Данил высовывается из-за плеча и, заглянув мне в глаза, забирается ко мне на руки.

Потом спохватывается: «Дед, а заправить ракету?»

Он соскакивает и бежит к шкафу-купе – там у нас заправка. Говорит: «Чик-чик!».

Открывает замок крана и наполняет полный бак топливозаправщика. Садится за руль специального автомобиля и едет к ракете. Внучки поспешно прибирают с дороги расставленную на ковре в живописном беспорядке посуду.

Данил подгоняет машину и пристраивает к моему боку заправочный шланг. Я превращаюсь в ракету. Топливо громко булькает. И вот ракета заправлена.

– Контакт! – командует ракета.

– Есть контакт! – звонко репетует (моряки так говорят: репетовать, то это значит повторять) Данил.

– От винта! – командует ракета, то есть я!

– Есть от винта! – отвечает Данил и запускает отсчёт. – 10...9... 8...7...6...5...4...3...2...1... Пуск!

Ракета вздыхает и шумно начинает работать:

– Дырь-дырь-дырь-дырь!

И как только Данилка вскакивает ко мне на руки и захлопывает за собой люк, ракета взмывает над диваном к люстре под самый потолок, делает разворот и, выйдя на орбиту, плавно раскачиваясь, несётся в ночном сияющем небе среди сверкающих разноцветных звёзд.

«Кач-кач!

Кач-кач!

Звёзды по небу вскачь-вскачь!

Будем в космосе летать

Станем звёзды собирать!

Голубые,

Золотые

И серебряные!»

Данилка замирает, и мне слышно, как бьётся его сердечко. Он любит летать в космос и привозить оттуда в подарок разноцветные звёзды. Вот Данилка поднял руки и снял звезду, которую – чики-чик! – быстро положил в корзинку.

«И в корзинку на резинке

Звёзды

Скла

-ды

-вать!»

Света и Аня снизу вверх смотрят, как высоко в сияющем небе летит ракета и Данилка собирает звёзды.

– Данька! – кричит Анна Максимовна. – Мне, мне разноцветную звёздочку привези!

– Ладно! – говорит Данил и кладёт в корзинку-на-резинке самую разноцветную звёздочку.

– Это – будет Ане! – шепчет он мне.

– А мне – жёлтую-прежёлтую! – улыбается Света. – А маме Саше – красную!

– Деда, – подползает к дивану Аня. – А какую ты звёздочку хочешь, чтобы Данька привёз тебе?

– Зелёную, – отвечаю я Ане.

–Данил, деду – зелёную! – кричит Аня и передвигается к креслу.– Бабушка, а тебе?

– Отстаньте вы от меня! – говорит бабушка.

Её снова сбили, и она шевелит губами. Считает петли.

–Тогда синюю! – говорит Аня.

– Нет, бабушке – золотую! – смеётся Света. – Правда, бабушка? Тебе– золотую.

– Серебряную! – говорит бабушка Лида сердито. – Не трогайте вы меня. Она окончательно сбилась.

– Золотую – дедушке Мите! – утвердительно кивает головой Аня.

С нами живёт прадедушка. Ему девяносто один год и скоро будет девяносто два. Внуки долго не могли понять, почему у них сразу два деда. Поэтому прадедушку они звали Митей, а меня деда-Федей. Потом всё разъяснилось.

Ракета, раскачиваясь и делая виражи, мчится, иногда почти цепляя люстру. Данил, выполняя заказы, собирает нужного цвета звёзды.

– Ой! – спохватывается Аня. – Надо побежать и у мамы Алёны, и уЖени и у папы Максима спросить, какие им звёздочки привезти!

Света смеётся.

– Топливо на исходе! – чувствуя, что полёт может затянуться надолго, предупреждает ракета. – Будем снижаться!

Ты, как маленький! – говорит мне бабушка Лида, моя законная жена. – У меня от вас голова, как бочка.

Ракета снижается и шумно – дырь-дырь-дырь! – приземляется на диван.

Герметический люк – чики-чик! – откидывается и космолётчика встречают радостные сестрички.

Данил вручает им космические подарки. Света несёт серебряную звезду бабушке. Та досадливо морщится иберёт её в руки.

– Ну, и куда я её дену? Куда прицеплю? – говорит бабушка. В уголках её голубых ясных глаз тоже искрятся смешинки.

– Так, а теперь марш наверх – к себе! – говорю я строго. И внуки покорно собирают разбросанные в нашей комнате игрушки.

Деда, – а можно я дедушке Мите его звезду отнесу? – просится Аня.

– Я тоже с тобой! – крутнувшись колесом, кричит Света. – Даня, пошли с нами!

И они, бережно держа в ладошках сияющие звёзды, умчались вниз, похожие на разноцветных чивчивиликающих малых пташек.

В комнате становится тихо.

Снизу, где рядом с камином под лестницей живёт дедушка Митя, слышно, как правнучки вручают ему золотую звезду, привезённую правнуком из космоса. Дедушка Митя сначала не понимает. Но ему, взволнованно тараторя, рассказывают, откуда и какой подарок, и дедушка Митя смеётся.

– Ну, спасибо, внучата.

– На здоровье! – вразнобой кричат ему в ответ космолётчик и две его счастливые сестрички.

– Эх, Макаров, Макаров, – потягиваясь, говорит жена. – Вечно навыдумываешь.

Она улыбается.

– Мне интересно, почему я себе звезду не выбрал? – Данилка задумывается.

 

ЗАЙЧИК

(Был ли дед прав?)

 

Я водил теплоходы в Ростов, в Азов и дальше по Дону, по Волге и ещё дальше. И обратно. Как-нибудь когда-нибудь обязательно расскажу.

Работал я тогда лоцманом, помогал капитанам и судовым экипажам проводить грузовые суда по рекам и каналам. Работа была сложная, хотелось её выполнить хорошо.

Вот вёл я как-тогружёный теплоход вниз по Дону, на выход, в Азово-Донской морской канал, в Таганрогский залив Азовского моря тёмною ночью. Луна скрылась за плотнойзавесью туч, только ярко мигали навигационные знаки. Красным светом – с правого борта, зелёным – с левого! Вышел я на ходовой мостик, посмотреть на кормовые створные знаки, чтоб ловчее взять направление на них и вдруг увидел за кормой, почти у правого борта, что-то плывёт в воде. Дельфин, не дельфин!.. Шёрстка серая в темноте кажется совсем тёмной, мокрым отблёскивает от ходовых огней. И что-то непонятное так намахивает, так намахивает в воде. Догнало и кричит:

– Привет, деда-Федя! Давненько мы с тобой не здоровались!

Выскочило наполовину из воды, растопырило лапы. Глаза блестят раскосо, зубы – во! Уши – во!

– Как там – Женечка? Как там Анна Максимовна поживают? – Что Светочка поделывает? Как там – Данилка? Не шкодничает?

Я поначалу растерялся, а сам краем сознания наблюдаю, как судно выходит кормой на створ: «Правильно выходит! Молодец, капитан!»

А Зайчик – это, конечно, был он! – закричал, да так радостно:

– Я тут внукам по кулёчку кину! Лови!

Я еле поймал, а Зайчик подосвиданькался, поднырнул под тихую донскую волну и умчался.

– Фёдор Иванович, мы правильно идём? – Выглянул из рулевой рубки капитан, увидел конфеты. – Внукам везёте? Когда вернусь, обязательно своим привезу!

Так время от времени Зайчик подплывал к теплоходам, на которых я бывал. Он второпях подскакивалнаполовину из воды: лапы – врастопырку, глаза раскосые – во, зубы блестят, ушищи – большущие!

Главное, весёлый всегда. Когда я загрущу ни с чего, он смеялся: «Ничего, перемелется – мука будет!» –загадочно говорил он мне. Внукам моим, вместе с вручёнными подарками, желал доброго здоровья и обязательно перечислял и Женечку, и Анну Максимовну, и Светочку, и Данилку. Потом досвиданькался и всегда исчезал до того, как кто его видел. А если из экипажа кто-нибудь замечал, как я кладу в свою лоцманскую сумку что-то, я так честно и говорил, что везу внукам подарки от Зайчика. Я подозревал, что он не мне одному передавал для внуков подобные подарки.

– Что-то мне кажется, – однажды высказалась вслух досужая внучка Анна Максимовна, – что шоколадные яйца с сюрпризами уж больно похожи на те, которые у нас в магазине я видела. Может, и Зайчика никакого на свете нет!

Что ты тут скажешь?

Однажды нас всем семейством пригласили на свадьбу в Азов. Свадьба была весёлая и длинная. Молодых и всю почти свадьбу возили в парк, на Азовский крепостной вал, рядом с Доном.

Анна Максимовна властно потащила меня за руку. Она привела меня на набережную Дона. На осенней реке стояли на Первом рейде на якорях гружёные суда. Мои давние знакомые и незнакомые мне теплоходы.

– Ну и где? – требовательно спросила Анна Максимовна.

Я сперва не понял о чём она.

– Где твой Зайчик?

– Откуда я знаю? – честно признался я. – Он когда хочет и где хочет гуляет. Глаза – во!.. Зубы – во! – Уши – врастопырку! Я что-то не вижу его рядом с теплоходами!

Анна Максимовна задумалась: « С этими Зайчиками никогда ничего не поймёшь. Когда хочет и где хочет – гуляет, видите ли... Да и с дедом Федей намучаешься!»

 


Вячеслав Зименко
10:28:51 06/01/2021

Задорные и светлые, настоящие детские рассказы! Спасибо!

ООО «Союз писателей России»

ООО «Союз писателей России» Ростовское региональное отделение.

Все права защищены.

Использование опубликованных текстов возможно только с разрешения авторов.

Контакты: